МГИМО или МПГУ. Сравнение вузов

ИМО, ИМО, но с чем по факту так рифмуется оно? Может быть, с МГИМО? Давайте посмотрим повнимательнее на этот самый богатый институт МПГУ.
Начнем с самого начала. А начинается оно вполне традиционно – с пускания пыли в глаза. Корпус на Вернадского (метро Юго-Западная) представляет собой огромный пыльный плохо ухоженный, местами дурно пахнущий и всегда холодный бетонный мешок, количество встречающихся уборщиц в котором никак не позволяет получить ответ н вопрос, почему везде так не убрано. Зато, зато в конце коридора справа от лифта на третьем этаже – пара чистеньких диванчиков под аккуратными рядками пластмассовых флажков разных там стран (три рэ штука) и довольно милые в аккуратных рамочках фотографии чудесных уголков мира, скачанные прямо из интернета. (Спойлер: это просто дизайн, никак не отражающий открывающиеся или закрывающиеся перед вами возможности в институте). Вас проинформируют с немалым пафосом о том, что это самый богатый, самый новый, самый передовой, самый инновационный самый Лондонский институт в этом университете, без конца отправляющий студентов на стажировки в Лондон, Экзетер, Париж, Берлин, Прагу, на худой конец – на Средиземное море. И это святая правда! Те...
Показать полностью...м более, что на таких встречах такие вопросы, как «Кого? Сколько именно? Какими путями? Для чего? При каких условиях? Чьими трудами? За чей счет? Причем здесь институт?» не задаются. А зря. Вам здесь расскажут про чудо-суперпрофессионалов, которые вас всему научат. Всю эту сказку вам упакуют в модные словечки (стартап, высокий менеджмент, инновации международного класса, образовательный блокчейн) и пр. сахарную пудру. И вы, провинциальные любители лапши, не сможете устоять и уверуете во все то, чего не может быть.
А на занятиях оказалось, что в учебных аудиториях из щелей в окнах зверски дует (особенно в аудиториях на пятом этаже, где даже стекла в форточке не было, и ее преподаватель шарфом затыкал), мусорная корзина постоянно переполнена, ламповые проекторы через один неисправны, ноутбуки не открывают презентации, потому что на них отсутствуют соответствующие программы из-за нехватки места на диске, экран постоянно падает, а на шторы и вовсе средств не хватило. О слава Богу, я поступила на бюджет! Но что там себе думали платники и их родители? В мужском туалете, говорят, даже зеркало вынесли.
Немного о программе «Лингвистика» в ИМО. На первом курсе лингвистические (не путать с «языковыми» типа того-же английского) дисциплины отсутствуют вообще, если не считать фонетику английского, дисциплину нужную и прикладную. Зато посторонней лабуды хватает. Не буду комментировать, чтобы не задевать несчастных преподавателей, которые ее читают. Они не виноваты, что так составлена программа. Общее впечатление от первого курса – сдержанная скука. Есть новое, но не особо интересное. Неинтересное оно и на русском, и на инглише, и на руглише таким остается. Ну вот кому интересно слушать про учреждение в мохнатом 1725-ом коллегий хоть на русском, хоть на английском? Ну хоть в лицах рассказывайте. Но преподаватели стараются. На английском проходим учебник. Как и студенты всех остальных факультетов и институтов в университете. Учим лексику и грамматику. В общем, школа как раньше, только соседи по парте другие. Есть хорошие интересные люди, в том числе и среди педобров. Некоторые их называют педобразами. Я бы такого не стала терпеть.
Не могу сказать плохого про группу. Нормальные студенты, что бюджетники, что платники. В некоторых группах даже мальчики встречаются. Но какой-то изюминки и чувства студенческого братства нет. Если в перемену пройтись по этажу и посмотреть на тех же студентов истфака, то различия станут очень заметны. Там кипит жизнь – ведутся споры, обсуждения, соревнования в остроумии и знании источников, люди играют в шахматы, кто-то читает стихи или прозу вслух. В общем, везде «уголки оратора»))) У нас же обсуждаются какие-то нелепые пустяки или царит тревожная тишина. По этажам ИМО ходит патруль «Две тамары» - в меру упитанная, в меру воспитанная снежная королева с хищным взглядом и ее инкуб (они открыто называют себя «инь и янь») малолитражный зам, в общем – Шерхан и Табахи. Поначалу это умиляет и кажется чем-то вроде отеческой заботы: «Ну чтоо-а? Как учеба? Почему в коридоре? Почему вы еще здесь? Вы что? Вы аудиторию для занятий не знаете?». Те же самые вопросы вы услышите и до и глубоко после занятий. И к вам снова и снова, и всегда будут обращаться по чужому имени. Но то, что «студенты», «звезды», «красавицы» и компост означают в местном управленческом дискурсе одно и то же, дойдет до вас не сразу. Попробуйте ответить невпопад – получите щедрую порцию «gaslighting». И всё бы ничего, да только какая-то странная злость, осатанелость, плохо скрываемая мизантропия. Через слово "Сталин, Берия, расстрелять".
И только постепенно до вас дойдет и что свободный обмен мнениями на диванчике в коридоре – не самая лучшая идея. Внезапно за портьерой, в нише, за углом, прямо под дверью, в полуметре от вас зазвонит телефон, и оттуда выйдет (конечно же, никого не замечая) с сосредоточенным видом человек невысокого роста. В женском же туалете (для студентов) на третьем этаже можно видеть королеву лично чаще, чем свое отражение в зеркале, хотя в пяти шагах есть служебный. Так что не удивляйтесь, если здесь вас будут усиленно учить солдафонству и наушничеству. Для задушевной беседы пригласят в конец коридора.
Возвращаемся к теме учебы. Вот вы перешли на второй курс, и тут-то вами напомнили, что вы учитесь де на лингвистов, и должны кое-в чем разбираться. Вот те да! И вот вам гремучий микс из рассказов про «лингвистическую теорию английского языка» (звучит для моего нежного уха примерно, как «маскулинная фемининность») и набор дисциплин не то про литературу, не о про драматургию, не то про что-то третье, связанное с "Европейскими" ценностями и промывкой мозгов.
Изучение приближенных к пакистанскому «Лондону» предметов – полная жесть. Оно полностью подорвало мою веру в литературу, культуру и надежду заговорить на хорошем английском. Вместо учебников какие-то скачанные из интернета колониальные говно-книжки на плохом (вернее – ужасном!) английском (и это при том, что за все годы обучения вам встретится в лучшем случае пара преподавателей, прилично говорящих на сколь-либо нестыдном английском!). Ах да, еще ссылки на интернет-ресурсы (каждая вторая битая, не открывается, да и в открывающихся содержание сомнительное, с обсуждаемыми вопросами не совпадает). Слава Богу, я не учусь на этой мутной и непомерно платной «программе» - на программе, где вам ни разу даже не покажут живого англичанина, и ни один человек даже из иммигрантских трущоб Лондона никогда не будет вести ни одного предмета. Но есть и плохая новость – нас насильно заставляют ее проходить несмотря на то, что она не имеет ничего общего с нашими интересами. Запомнилось, что на третьем курсе во многом повторяли зады со второго, а на четвертом нормальные преподаватели старались нас скорее развлечь, чем построить.
Нормальная лингвистика не преподается у нас здесь на «Лингвистике» вообще. Даже если вы получите по всем немногочисленным лингвистическим дисциплинам высший балл, это никак не поможет вам поступить, например, в аспирантуру МГУ. И дело совсем не в оценках, преподавании или какой-то там коррупции, а в том, что вы увидите между тем, что вы проходили и тем, что нужно знать для поступления, широкую и глубокую непреодолимую пропасть. И тогда-то вам станет безмерно жаль ваши прожитые впустую годы – то упущенное время, которое вы провели в этом замечательном «звездном» полу-пакистанском учебном заведении для Маугли. Зато теперь для вас не вопрос написать эссе по теме «Однополые отношения в сонетах Шекспира», «Сексизм в пьесах Шекспира», «Расизм в пьесах Шекспира», «Проблемы меньшинств у Шекспира», «Феминистские мотивы в пьесе Шекспира», «Шекспир как первая в Англии женщина-драматург» и пр. на никому не нужном пакистанском английском. Впрочем, всегда найдутся люди, которым как раз этого и не хватает. Так что, всегда welcome, дорогие буратины. Здесь с вас будут снимать стружку по полной и выпустят настоящими деревянными солдатами Урфина Джюса.
В деканате работают в основном милые и добрые люди. Похоже, они здесь единственные, кто реально уважают студентов и всегда желают студентам добра. Время от времени слышно через дверь, как на них кричит начальство. А кричит оно на всех – на тех, кто младше, оно понятно; но и на тех, кто постарше также вообще не вопрос. У нас одна студентка забрала документы после того, как порекомендовали сменить не то жениха, не то родителей, не то всех их вместе. Пару слов о преподавателях. Кратко: разные, как и почти везде. Наиболее интересные из них скоро исчезают, уходят, переводятся куда подальше. Здесь царит бешенная текучка кадров. За семестр могут смениться два преподавателя дисциплины, а третий узнает о том, что у вас сегодня экзамен от самих студентов. Поэтому, студенты всегда welcome в этот дружный коллектив.
А ещё здесь практикуются сталкивание преподов и студентов, тотальная слежка, отмена профсоюзов, заседания кафедры по воскресеньям, документально неоформленная занятость, и прочие любопытные кейсы. Так что идея окончить учебу, чтобы затем работать в ИМО – это не моя мечта.
В конце второго курса я устроилась работать (в кафе). И как-то так получилось, что стала пропускать лекции по некоторым дисциплинам. И вот прихожу как-то на лекцию, а в чате сообщение – срочно оцените преподавателя, качество объяснения материала, всякое там трали-вали, внешний вид. Мало того, что надо следить за мыслью, так еще и анкету заполнить надо. И как назло, старосты нет, болеет. Списать особо не у кого. В другой группе нет задания по анкете. А у нас еще пара в лекционной аудитории в районе столовой. Мало того, что далеко сижу, так еще и высоко. А мне ведь надо анкету заполнить. С незаполненными полями не отсылается. Один вопрос остался, про внешний вид. А преподавательница что-то объясняет-объясняет, а я не догоняю. Мне бы вот поскорее про внешний вид. Что делать? Я поднимаю руку и говорю: «Извините, я не поняла. Объясните раз, пожалуйста!». Она удивилась, а я спустилась к доске. Она заново всё начинает объяснять и водить указкой по доске. Я спустилась. Она вертит головой – на доску, от доски, на доску от доски. И тут я вижу, что шиньон уже сползает, ну и бородавку под носом. Так и написала, над чем надо поработать – шиньон обновить, бородавку припудрить. Потом оказалось, что не очень в тему – надо было про мужчину написать отзыв, который на предыдущей паре вел. Он такой весь в костюме, почти совсем лысый и без бородавки. Я с тех пор так в него всматривалась каждый раз, так искала бородавку, что он решил, что я интересуюсь его дисциплиной и даже на экзамене на пятерку меня вытянул. Нормальный оказался человек, и без шиньона. А дама в шиньоне до сих пор преподает. По крайней мере, недавно видела. Она со мной здоровается. Неудобно получилось.
Многие дисциплины целиком или по большей части ведут ваши собратья-студенты, которые учатся на курс старше и кое-как уже сдали ведомую дисциплину. Они хорошие, они стараются, им нелегко. И вы начинаете себя чувствовать немного виноватыми, что у них иногда не всё получается. И вы готовы их полюбить. И вы готовы сами всё найти и выучить, но у вас также уже нет времени и сил, и вам также уже пора искать подработку, хотя бы чтобы как-то облегчить нагрузку на кошелек родителей. И вы с тоской понимаете, что или вам нужно по-прежнему пытаться быть для всех хорошими и выслуживать красный диплом или уже заняться английским по-настоящему – сдать международный экзамен где-нибудь в Казахстане и искать уже нормальную работу, которая прокормит. Без этого института можно было за пару лет подготовиться, и здоровье свое в холодных аудиториях не гробить.
Плюсы обучения в ИМО – выпускные сочинения, как правило, никто не читает (все отзывы под копирку); личная преданность и сотрудничество с администрацией обещает некоторые бонусы (запишут в список желающих подработать на Кипре, прикроют глаза на мелкие преступления; PS - всех остальных тоже запишут). Минусы – даром потерянное время в далеко не самом лучшем (иногда – просто токсичном) месте и с не самыми приятными и интересными людьми, фрагментарные знания по специальности, невозможность консультироваться у настоящих специалистов, низкая профессиональная планка, неприятная атмосфера, эмоциональный дискомфорт, потеря здорового интереса к филологии, отсутствие серьезной базы и перспективы двигаться дальше